starcom68 (starcom68) wrote,
starcom68
starcom68

Category:

Генерал Шарль де Голль как командир танкового соединения

Оригинал взят у general_skokov в Генерал Шарль де Голль как командир танкового соединения - часть II [зарубежный опыт]
        Продолжаю публиковать статью американского военного историка, бригадного генерала в запасе Раймонда Белла "Генерал Шарль де Голль как командир танкового соединения". Ранее в моём журнале была размещена вступительная часть этой работы, сегодня же речь пойдёт о становлении де Голля в качестве командира танкового соединения.
Часть II.
Первое знакомство с танками.
        Теория механизации и моторизации невероятно заинтересовала Шарля де Голля. Именно при изучении работ по механизации войск он сформулировал для себя мысль о необходимости создания корпуса профессиональных военных, на базе которых можно было бы развернуть шесть танковых дивизий и одну лёгкую механизированную дивизию. По мнению автора концепции, формирования нового типа хорошо вписывались в общий замысел французского командования по проведению стратегической оборонительной операции в качестве мощной наступательной или контратакующей силы. Однако данное видение не нашло поддержки у военно-политического руководства страны.

Вывод войск из Дюнкерка, июнь 1940
Чарльз Эрнест Кэндалл "Вывод войск из Дюнкерка, июнь 1940"
"Многие годы де Голль рассматривался командованием в качестве своеобразного юродивого, проповедующего непонятную и никому в то время ненужную концепцию создания и применения танковых формирований. Один из главных постулатов его теории гласил, что противника необходимо побеждать формированиями, которые обладают сокрушительным превосходством в огневой мощи, маневренности и высокой защищённости танков. Кроме того, управление танковыми формированиями в рамках этой концепции виделось децентрализованным".
Возможно, что именно неспособность военно-политического руководства Франции понять, глубоко осмыслить и своевременно принять на вооружение новую, смелую концепцию ведения военных действий привела к весьма печальному концу: невероятно быстрому разгрому армии и к последовавшей за этим капитуляции в Компьенском лесу... Одним из самых значимых и ярких эпизодов Французской кампании Второй мировой войны является
, пожалуй, Дюнкеркская операция: тогда союзники вынуждены были проводить эвакуацию морем британских, а также части французских и бельгийских войск, отрезанных и прижатых противником к морю.


        Одна из самых известных и примечательных книг де Голля "За профессиональную армию" была издана в мае 1934 года. Как позже признался автор, "работа поначалу пробудила интерес, но не была глубоко осмысленна и не вызвала энтузиазма". Первый опыт командования танковым формированием пришёл к де Голлю в 1935 году, когда он возглавил 507 танковый полк, расположенный под городом Мец. Здесь необходимо подчеркнуть, что город Мец, расположенный в регионе Лотарингия на северо-востоке Франции, являлся решающей точкой в обороне страны: находясь вблизи немецкой границы, он перекрывал противнику подступ к региону. Некоторые исследователи полагают, что назначение в 507 танковый полк де Голль получил потому, что он ранее проходил службу в соседнем регионе, расположенном немного севернее, – в городе Трире (Германия), который также как и Мец стоит на реке Мозель. Но с другой стороны, назначение в провинциальный город – это сродни ссылке: постепенно утрачиваются, теряются связи в политических и военных кругах.

          В своих мемуарах де Голль отмечал позднее, что назначение на должность командира танкового полка, расположенного вдали от столицы, лишило его возможностей и контактов, необходимых для продвижения и реализации идеи создания качественно новой, профессиональной армии. По прибытию в Мец де Голль попал в полное подчинение генерала Анри Жиро – командующего армейским корпусом, а также главного инспектора танковых формирований. Генерал Анри Жиро был человеком нетривиальным, нестандартным и вполне мог оказать содействие де Голлю в практической реализации ряда его теоретических положений о механизированной войне (или хотя бы не мешать и закрывать глаза на эксперименты).

          Однако командующий корпусом Анри Жиро поступил иначе. В ходе дивизионных тактических учений командиру танкового полка Шарлю де Голлю был сделан выговор за то, что тот посмел предложить применить нестандартным образом силы и средства своего полка (он пытался реализовать на практике собственные теоретические наработки, пытался понять, насколько могут быть эффективными танковые формирования, если они будут действовать самостоятельно, автономно). Тогда командующий армейским корпусом генерал Анри Жиро бесцеремонно вмешался в обсуждение предложений де Голля, приказал остановить маневры и сказал "зарвавшемуся" командиру полка: "Пока я жив, де Голль, вам никогда не удастся ставить свои опыты здесь!"

          Удивительно, но подчинённые прозвали де Голля "Полковник Мотор" совсем не потому, что он разрабатывал теорию ведения высокоманевренных войн с применением механизированных и танковых формирований и активно пытался её реализовать на практике. Это прозвание он получил благодаря своему стилю управления, руководства. Во время традиционного военного парада в честь Дня взятия Бастилии, состоявшегося 14 июля 1938 года, де Голль и подразделения вверенного ему танкового полка были отмечены в лучшую сторону командующим армейским корпусом за безукоризненный внешний вид и дисциплину. Вероятно, столь высокая оценка была следствием особой системы контроля личного состава, которую применял де Голль. В привычки командира 507 танкового полка входили регулярные прогулки по автопарку, совершаемые непременно в белоснежных перчатках, в ходе которых он весьма часто объявлял дисциплинарные взыскания своим подчинённым за малейшие недостатки. Кроме того, де Голль умел расшевелить, заинтересовать свой личный состав – механиков-водителей, наводчиков, механиков – и заставить работать с невероятной отдачей и интенсивностью, что позволяло испытывать предельные возможности боевой техники. Именно из-за этого он, с одной стороны, снискал признание и уважение, а с другой стороны, подвергался жёсткой критике. Так или иначе, танковый полк под командованием де Голля завоевал отличную репутацию среди французской касты танкистов.

          Необходимо подчеркнуть, что опыта проведения комплексной операции силами и средствами танкового формирования де Голль так и не получил (несмотря на то, что он командовал танковой частью). При этом он всегда являлся весьма суровым командиром, предъявляющим к себе и своим подчинённым самые высокие требования и стандарты.

          Но судьба делает очередной поворот, и в самом конце лета 1939 года – за день до начала Второй мировой войны – полковник Шарль де Голль назначен командовать двумя группами танковых батальонов (Groupe de Bataillons de Chars) 5 армии. В межвоенный период танковые полки состояли обычно из двух танковых батальонов; после сентября 1939 года танковые полки были преобразованы в группы танковых батальонов (за исключением объединённых в бронетанковые дивизии; отдельные танковые батальоны всегда использовались самостоятельно). Под командованием де Голля находились 501 и 508 группы танковых батальонов, в состав которых соответственно входили 1, 2, 31 и 21, 24 танковые батальоны. На вооружении всех подразделений имелись лёгкие пехотные танки R-35 (исключение составлял 31 батальон, оснащённый устаревшими танками FT-17, разработанными и массово производившимися ещё во время Первой мировой войны). Следует особо подчеркнуть, что хотя танк FT-17 и был одним из лучших и самых удачных за всю историю танкостроения, но он оказался совершенно непригодным для тактики маневренной войны, которую исповедовал де Голль и которую он планировал применять в предстоящих сражениях.

          Штаб танкового формирования располагался в небольшом городке Вангенбург, регион Эльзас: всего в нескольких километрах от города Нанси и позади "линии Мажино" – системы французских оборонительных укреплений, выстроенных по периметру франко-германской государственной границы. И опять-таки он был слишком далеко от центра принятия решений – Парижа, чтобы хоть как-то повлиять на военно-политическое руководство страны и способствовать созданию крупных, мощных и высокоманевренных танковых формирований, способных действовать самостоятельно. Шарль де Голль не мог изменить принятой концепции применения танковых частей и подразделений, не мог участвовать в разработке организационно-штатных структур создаваемых танковых дивизий. Когда же в начале сентября 1939 года Франция объявила войну Германии, де Голль также не имел возможностей повлиять на стратегию командования, предусматривавшую оборону на "линии Мажино" и вступление войск в Бельгию и Нидерланды для продолжения оборонительного фронта к северу с целью защиты портов и промышленных районов Франции и Бельгии. Однако де Голль мог всецело реализовать свои наработки во вновь сформированной уже в ходе войны 4 танковой дивизии, которую он возглавил в мае 1940 года.


4 танковая дивизия.
        Шарль де Голль принял командование 4 танковой дивизией в самый неблагоприятный момент, какой только можно себе представить. В начале 1940 года такого соединения не существовало даже на бумаге; для соединения не было разработано даже оперативного построения, не нарезано боевых задач. Один из военных историков в работе, посвящённой разгрому французских войск весной 1940 года, писал, что танковая дивизия была скорее похожа на "группировку разнородных сил и средств". По его меткому замечанию, она представляла собой соединение различных частей и подразделений от разных родов войск, выделенных из других соединений и объединений, находившихся поблизости от тех мест, где их было удобно взять или где де Голлю пришлось сражаться.

          В спешном порядке французское командование сформировало три танковых дивизии, предназначенных для нанесения ударов по противнику в строгом взаимодействии с пехотными формированиями и при поддержке артиллерии, управление которой осуществляли вышестоящие штабы. Необходимо подчеркнуть, что эти соединения были сформированы перед самым немецким вторжением во Францию – в январе-марте 1940 года.

          В течение первой недели вторжения в Бельгию, начавшегося ранним утром 10 мая 1940 года, немецкие 5 и 7 танковые дивизии 15 моторизированного корпуса Гота разгромили французскую 1 танковую дивизию (случилось это тогда, когда французские танковые части ожидали пополнения запасов топлива).

          Танки французской 2 танковой дивизии перебрасывались на фронт железнодорожным транспортом и были отсечены немецкими войсками от частей и подразделений других родов войск, которые выдвигались в район развёртывания своим ходом. В сложившейся ситуации французские танковые части и подразделения стали действовать самостоятельно, предпринимая попытки, заведомо обречённые на неудачу, хоть как-то замедлить продвижение противника, остановить стремительный и безжалостный поток.

          В соответствии с планом развёртывания французская 3 танковая дивизия должна была выступить значительно южнее города Седан, но в связи с прорывом противника была введена в бой непосредственно в его окрестностях. Контратака во фланг пробитому немецкими войсками коридору планировалась в спешке, ввод танковых соединений и подразделений в бой осуществлялся по частям, постепенно; при этом их главной задачей было обеспечение действий пехотных формирований, пытавшихся остановить продвижение 1, 2 и 10 танковых дивизий вермахта.

          Необходимо отметить, что первые три французские танковые дивизии имели специфическую организационно-штатную структуру: в каждой дивизии насчитывалось четыре танковых батальона, которые сводились в две танковые бригады – тяжёлую и лёгкую (на самом деле эти соединения вернее было бы называть "полубригады"). Тяжёлая танковая бригада имела на вооружении 52 тяжёлых танка B-1 bis; лёгкая танковая бригада – 84 лёгких пехотных танка "Гочкисс" H-35. Только один пехотный батальон мог быть переброшен полугусеничными автомобилями. Танковая дивизия включала в свой состав один артиллерийский полк из трёх артиллерийских дивизионов, на вооружении двух из которых имелось по 36 орудий калибром 75 мм, а в третьем дивизионе – 36 орудий калибра 105 мм (при этом все огневые средства были предназначены только для ведения огня прямой наводкой). Кроме того, чисто теоретически у дивизий не должно было возникнуть проблем с боевым и тыловым обеспечением: разведывательными и инженерно-сапёрными частями и подразделениями, подразделениями войск связи и так далее. На практике всё сложилось несколько иначе – в танковых дивизиях, сформированных в большой спешке, эти части и подразделения были представлены в весьма ограниченном количестве. Но вот что касается 4 танковой дивизии, которой командовал Шарль де Голль, то тут можно с уверенностью сказать, что таких "проблем" с организационно-штатной структурой у неё вообще не было! Она формировалась в невероятно спешном порядке из того, что было под рукой и без какого-либо плана (по существу, из частей и подразделений, прибывающих на фронт).


4 танковая дивизия в бою.
   В то время как первые три французские танковые дивизии были сформированы до немецкого вторжения, 4 танковая дивизия создавалась сходу, во время боёв и за счёт переподчинения де Голлю различных частей и подразделений, по стечению обстоятельств находившихся вблизи зоны ответственности танковых подразделений, которыми он командовал. Очень большие проблемы возникали с выдвижением подчинённых частей и подразделений в районы сосредоточения, из которых они должны ли быть брошены в бой. Части и подразделения, у которых практически не было времени на пополнение запасов топлива, продовольствия и табельного боекомплекта, личный состав которых после длительного марша не имел возможности выспаться или хотя бы отдохнуть, по приказу де Голля были брошены в бой.
   Де Голль по мере своих возможностей, исходя из наличествующих сил и средств, отчаянно выполнял приказ, полученный им 15 мая 1940 года, хотя ситуация и была безнадёжной. Командование поставило задачу прикрывать развёртывание 6 полевой армии генерала Роберта Тушона. Позднее де Голль в своих мемуарах упомянул этот приказ: "Задача вашей дивизии состоит в том, чтобы, выдвинувшись вперед и действуя самостоятельно в районе Лаона, обеспечить выигрыш времени, необходимый для её развертывания. В отношении выбора средств, которые необходимы для выполнения этой задачи, командующий Северо-Восточным фронтом генерал Жорж целиком полагается на вас".
   Штаб 4 танковой дивизии начал зарождаться на следующий день – 16 мая, когда на юго-востоке от небольшого городка Брюер, к обозначенному заранее месту, стали стягивались новые штабные подразделения, которые и должны были его сформировать. По существу, в распоряжении де Голля не было ни штаба, ни каких-либо подразделений, которые смогли бы осуществлять планирование, отдавать распоряжения и приказы, собирать и обрабатывать поступающие разведывательные данные, координировать действия соединений и частей или хотя бы обеспечивать самым необходимым вновь прибывающие формирования, которые сходу бросались в бой. По мере появления новых офицеров в штабе Шарль де Голль отправлял наиболее опытных из них на конкретные участки фронта для контроля над развёртыванием прибывающих сил и средств. Командиру 4 танковой дивизии приходилось работать с личным составом, которого он никогда не видел ранее и абсолютно не знал; он был вынужден отдавать приказы командирам подчинённых ему соединений, частей и подразделений, но при этом с подавляющим большинством из них он никогда не служил вместе.
   В сложившейся тогда обстановке действительно было крайне важно как можно быстрее пустить в бой вновь прибывавшие части и подразделения. Именно поэтому де Голль не мог сконцентрировать все приданные силы и средства, и вынужден был бросать их на противника постепенно, по частям, растрачивая и рассеивая потенциал своего соединения. В тот день – 17 мая 1940 года – у него не было никакой возможности придерживаться уставов и наставлений по организации обороны. Шла первая неделя после того, как немецкие войска нанесли решающий удар массой подвижных соединений и авиацией через Арденнские горы в обход "линии Мажино". Шёл третий день после того, как были сметены и капитулировали Нидерланды. Неумолимо продолжалось продвижение немецких войск к побережью Ла-Манша. Противнику удалось вскрыть оборону и обойти с фланга французские дивизии второго эшелона недалеко от Седана, что окончательно ставило крест на планах французского командования сбить темп наступления немецких войск и запереть их в Бельгии.
   По приказу французского командования 1 армия продолжала успешное и быстрое продвижение по территории Бельгии на рубеж реки Диль (с целью в дальнейшем выйти к южным границам Голландии). Не встречая сопротивления, в северо-западном направлении также на рубеж реки Диль быстро продвигались и британские экспедиционные силы. Столь стремительное и непродуманное продвижение вперёд окончилось печально: наступающие объединения оказались слишком оторваны от основных сил, чем и воспользовался противник, оборвав коммуникации и нанеся удар с тыла. В конечном итоге уже в конце мая 1940 года союзники вынуждены были проводить эвакуацию морем британских, а также части французских и бельгийских войск, отрезанных и прижатых противником к морю в районе Гравлин, Аррас, Брюгге (печально знаменитая Дюнкеркская операция). В сложившейся обстановке де Голль принимает решение атаковать южный фланг немецких войск, вытянувшийся вдоль реки Сер, чтобы прикрыть развёртывание 6 полевой армии, а также чтобы замедлить продвижение противника в западном направлении.
Дюнкерк 1940 Ханс Лиска
Ханс Лиска "Дюнкерк" (1940)
Немецкие художники были склонны преподносить результаты Дюнкеркской операции несколько иначе – полный разгром войск союзников, выжженная французская земля и горящее британское море! Обратите внимание, насколько эта работа Ханса Лиска контрастирует с полотном Чарльза Эрнеста Кэндалла "Вывод войск из Дюнкерка, июнь 1940": ни о какой эвакуации речь просто не идёт – сплошное пекло, ад...
Полагаю, немецкие художники-баталисты имели на это полное право: успех вермахта во Французской кампании Второй мировой войны был предопределён тем, что военно-политическое руководство Германии за несколько лет до этого оказалось в состоянии увидеть, понять и использовать новую доктрину ведения войны – молниеносной войны. И что особенно важно: во многом это стало возможно благодаря трудам де Голля.
  Де Голль попал в крайне затруднительное положение, но он был готов выполнить поставленные командованием задачи. Звание бригадного генерала он получил 25 мая – в соответствии с занимаемой вышестоящей должностью, и это назначение стало предметом недовольства многих французских военачальников.

          Многие годы де Голль рассматривался в качестве своеобразного юродивого, проповедующего непонятную и никому в то время ненужную концепцию создания и применения танковых формирований. Настало время, и де Голль получил возможность на практике, в реальном бою опробовать собственные теоретические положения. Один из главных постулатов его теории гласил, что противника необходимо побеждать формированиями, которые обладают сокрушительным превосходством в огневой мощи, маневренности и высокой защищённости танков. Кроме того, управление танковыми формированиями в рамках этой концепции виделось децентрализованным; оно не должно было стесняться, сковываться прямым и строгим контролем вышестоящего командования. В связи с этим многие критики позднее упрекали де Голля в том, что он сам не применял собственные теоретические наработки и предпочитал вводить танковые формирования в бой постепенно, в качестве инструмента поддержки пехотных соединений, частей и подразделений. Более того, для выполнения поставленных командованием задач он развёртывал свои части и подразделения в нарушение всех существовавших тогда наставлений и руководящих документов.

          Действительно, тактику, избранную де Голлем для сдерживания немецких войск и прикрытия развёртывания 6 полевой армии, можно критиковать. Однако необходимо учесть все элементы оперативной обстановки, все обстоятельства, при которых он был вынужден 17 мая бросить 4 танковую дивизию в бой. Одной из самых больших проблем, например, было отсутствие надёжной, устойчивой связи между частями и подразделениями. Французские танковые формирования не были обеспечены не только связью между собой (в некоторых подразделениях для этого использовались сигнальные флажки), но даже с вышестоящими штабами.

          Радиостанции не имели широкого распространения во французских сухопутных войсках, а коммуникация между органами управления объединений и соединений была в основном телефонная или через посыльных на автомобильной технике. Немецкая авиация постепенно завоевала господство в воздухе, она постоянно угрожала французским боевым порядкам, следовательно, и коммуникации штабов через посыльных. Кроме того, дороги были забиты, заполнены отступающими войсками и спасающимися от войны мирными жителями, что также влияло на скорость доставки посыльными боевых приказов и распоряжений. Доктринальные документы, которыми руководствовалось перед войной французское командование, предусматривали нанесение ударов по противнику плотно сомкнутыми на местности формированиями, с постепенным переходом от намеченного изначально промежуточного рубежа к конечной цели. Действительно, в рамках данной концепции вполне достаточно было обладать телефонной связью и использовать пеших посыльных или посыльных на автомобильном транспорте. Однако в условиях высокоманевренной войны, когда механизированные соединения и части противника продвигались вглубь территории под прикрытием авиации, этих видов связи явно было уже недостаточно.
  Среди первых подразделений, которые прибыли в распоряжение де Голля, были три танковых батальона. На вооружении 46 танкового батальона состояли тяжёлые танки B-1 bis (однобашенная машина с двумя пушками калибра 75 мм и 47 мм). При этом подготовка механиков-водителей осуществлялась в спешном порядке и на лёгких танках, то есть они никогда раньше не видели машин B-1 bis, на которых им совсем скоро предстояло вступить в бой. Но и это ещё не всё: наводчики орудия успели сделать только по одному выстрелу и только из пушки главного калибра.

          Две танковые роты 46 танкового батальона были полностью укомплектованы; третья же рота, на вооружении которой находилось всего 15 лёгких танков D-2, стала, по существу, усилением батальона, которое обеспечивало подразделение дополнительной огневой мощью, маневренностью и броневой защитой. Лёгкие танки D-2 имели экипажи из четырёх человек, двое из которых размещались в башне; машина была вооружена пушкой калибра 47 мм и двумя пулемётами калибра 7,9 мм. Толщина брони варьировалась от 25 до 40 мм, а средняя скорость достигала 30 км/ч, тогда как у тяжёлого танка B-1 bis броня была значительно толще – 60 мм, но зато и скорость ниже – до 28 км/ч.

          Два других подразделения, первыми прибывшие в распоряжение де Голля, а именно – 2 и 24 танковые батальоны, были укомплектованы лёгкими пехотными танками R-35 (экипаж – два человека), о которых он отзывался так: "Танки R-35 и "Гочкисс" Н-35 образца 1935 хотя и модернизированы, всё же обладают большим весом, малой скоростью, вооружены малокалиберным короткоствольным орудием и предназначены для сопровождения пехоты, а отнюдь не для выполнения самостоятельных задач в составе специальных танковых соединений". Танки R-35, имевшие короткоствольное орудие калибра 37 мм и один пулемёт калибра 7,5 мм были хорошо знакомы де Голлю – они состояли на вооружении 501 и 508 групп танковых батальонов 5 армии, которыми он командовал. Таким образом, он прекрасно знал не только возможности этих машин, но также и часть личного состава 2 танкового батальона, который ранее входил в 508 группу танковых батальонов 5 армии.

Продолжение следует…

Автор статьи – бригадный генерал в запасе Раймонд Белл. Журнал "Armor" за июль-август 2012 года.


Читайте также:
Генерал Шарль де Голль как командир танкового соединения - часть I
Генерал бронетанковых войск Освальд Лутц – великий наставник
Факторы развития военного искусства
Tags: Вторая мировая, Танки, Франция
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments